На главную  Анализ 

 

Агенты, работающие на русских. Неподалеку от Лондона в графстве Суррей на территории Хэмптонского дворца правосудия стоит здание, известное под названием «Павильон», – единственный сохранившийся из четырех садовых павильонов, выстроенных в 1702 году по приказу короля Вильгель­ма III сэром Кристофером Реном, знаковым британским архитектором, в послужном списке которого числится, среди прочего, собор святого Павла. Выступающие окна особняка обращены либо к безукоризненно ухоженным дворцовым садам, либо к водам Темзы. Дворец можно увидеть и из сада, но лучше всего дыхание истории ощущается внутри здания: напряженные линии лестничных пролетов, старинная сосновая облицовка и низкие двери заставят учащенно биться сердце даже самого сдержанного англомана.

 

Под таким заголовком американская газета «Нью-Йорк таймс» поместила статью о массовой скупке недвижимости в Лондоне гражданами из России. Ниже следует сокращенный текст статьи.

 

Ходить по помещениям – все равно что переходить вброд реку общественной, архитектурной и литературной истории Британии. И это здание – продается, продается за тринадцать миллионов долларов. Не пробыв внутри и двадцати минут, вы забываете, в каком находитесь веке; выйти отсюда на улицу – все равно что, выйдя из театра, окунуться в гущу повседневной жизни со всем ее сумбуром и переизбытком яркого света. А происходило в этой жизни вот что: очень молодой агент по торговле недвижимостью Александр Ньюолл, одетый в костюм в узкую полоску, запер за мной дверь и горько покачал головой. Ему поручено продать «Павильон». Но «русским это не подходит».

 

«Русским это не подходит…»

 

Миллиардерский ряд

 

Казалось бы, какая разница, подходит ли дом каким-то там русским, но, тем не менее, – именно этот вопрос в наибольшей степени заботит игроков высшей категории на рынке недвижимости Лондона и его окрестностей.

 

Дома дороже двадцати миллионов на сорок процентов освоены русскими (еще на десять – выходцами из Индии, а американцы заняли от пяти до восьми процентов). Поэтому-то Ньюолл и четверо его коллег из департамента сверхбогатых обеспечены работой на полный день. Название департамента похоже на выдуманное, но, тем не менее, он существует. Нет ничего удивительного и в том, что фирма Найта Фрэнка выпускает каталоги полностью на русском и содержит в Москве офис со штатом из двухсот пятидесяти сотрудников, равно как и в том, что шоссе, ведущее в один из московских аэропортов, изобилует стендами с рекламой этого агентства.

 

По приблизительным оценкам, около двадцати процентов всех домов, проданных в Лондоне и его ближайших окрестностях более чем за десять миллионов долларов, были приобретены выходцами из России. А из домов, оцененных более чем в тридцать миллионов, русские купили почти половину! Например, за дом по адресу 15, Кенсингтон-Пэлис-Гарденз (частная улица, проходящая по соседству с Гайд-парком и известная в народе под названием «миллиардерский ряд»), нефтяной магнат Леонид Блаватник заплатил семьдесят три миллиона долларов.

 

Примечателен даже не столько тот факт, что разбогатевшие на приватизации советской экономики россияне тратят гигантские суммы, сколько то, как они это делают. Решения принимаются очень быстро, иногда в течение суток; никакого торга не происходит, наоборот, нередко покупатель даже платит повышенную цену – только ради того, чтобы завладеть недвижимостью побыстрее и потише. Ньюолл вспоминает случай, когда продаваемый дом показывали только специально выбранным кандидатам; половина фамилий в списке были русскими.

 

Тратят гигантские суммы

 

Обилие подобных историй не проходит даром – и теперь многие обладатели перспективных домов начинают приводить свою предназначенную для продажи собственность в соответствие с экстравагантными русскими вкусами. Известен ряд случаев, когда человек, совершенно не собиравшийся продавать свой дом, вдруг получал такое предложение, что в кратчайшие сроки съезжал с места жительства, не захватив ничего, кроме чемодана и невероятных размеров банковского чека.

 

А однажды некий покупатель из некой бывшей советской республики (из какой именно – профессиональная тайна, объяснил агент) заплатил за дом сорок миллионов – то есть на двенадцать миллионов больше, чем ошарашенный продавец рассчитывал получить изначально.

 



 

Видеть Петербург с... неба. Свежие идеи и азарт. Работа школе не помеха. Териоки сегодня – чем живет зеленый город?. Прорыв на «жилищном фронте». «О, поле, поле, кто тебя усеял…». Победа, которой помогли питерские.

 

На главную  Анализ 

0.0171
Яндекс.Метрика